Единство архитектуры

Для достижения единства архитектуры и настенной композиции было необходимо также сохранить масштабное равновесие огромного по высоте здания с размерами панно. Это создается за счет несоответствия размеров поясных фигур по отношению к плоскости стены (поставленные в рост они значительно превысили бы ее высоту).

Это преувеличение размеров фигур, их обобщенная трактовка, отказ от сложной композиции, подробного повествования позволили также подчеркнуть монументально-декоративный характер изображения, увеличить предел его видимости.

По колориту эта композиция перекликается с мозаичным панно центрального здания (изображение герба университета в виде стилизованных птиц — орел и кондор). Это единственный акцент башни, он подчеркивает на ее главном фасаде расположение зала заседаний Совета университета, а преобладание в его колорите красных тонов позволило сохранить цветовое единство фасадов главного корпуса ректората. Помещенный на большом выступе стены (на уровне пятого и шестого этажей) университетский герб виден издали — со стороны зданий биологических и медицинских институтов.

Таким образом, использование настенных панно в виде отдельных вставок позволило авторам ректората усилить пластическую выразительность его стен, подчеркнуть значение того или иного фасада как в общей композиции сооружения, так и в ансамбле всего городка.

На первый взгляд кажется, что авторы факультета точных наук избрали тот же путь. Однако это здание является характерным примером того варьирования определенного принципа синтеза искусств в зависимости от различных условий, о котором говорилось выше.

14-этажный корпус факультета расположен по оси башни ректората, на другой стороне центральной площади зоны, и соединен с невысокими асимметричными в плане пристройками (архитекторы Рауль Качо, Эухе-нио Песчард и Феликс Санчес Байлон). В этом произведении тема синтеза архитектуры и изобразительного искусства как бы отходит на второй план. Как и Сикейрос, автор настенных композиций факультета точных наук — художник Хосе Чавес Морадо — помещает свои произведения на фасадах не основного корпуса, а его пристроек. Однако декоративно-монументальные панно перестают быть органическим элементом всей композиции: они превращаются в украшение отдельных частей здания. Главную роль начинают играть цвет и контрастное сопоставление башни основного корпуса и сложных объемов пристроек. Центральное здание лишено каких-либо украшений; гладкие стены его западного и восточного фасадов из зеленого стекла эффектно выделяются на фоне темно-розовой облицовки завершающей части корпуса и его торцовых сторон.

Темно-розовый тон переходит в темно-красный, почти вишневый цвет пристроек (известковый туф), интенсивность которого усиливается благодаря светлой облицовки отдельных их частей и крыш. Эта светлая облицовка служит прекрасным фоном для двух мозаичных композиций. Морадо понимал, что его произведения не будут восприниматься на большом расстоянии как часть всей группы построек факультета точных наук: они имеют лишь локальное значение. Во многом это зависит от местоположения здания в ансамбле университета. Композицию торцовой стены аудиторного корпуса, закрывающего частично западный фасад главного здания, можно увидеть только со стороны школы экономических наук и коммерческой школы. Смальтовое панно библиотеки находится внутри П-образного двора южной пристройки, напротив института геологии. Сократились и размеры панно: помещенные на стенах невысоких зданий (первое — двухэтажное, второе — одноэтажное), они равны одному этажу. Поэтому Морадо более детально разрабатывает их композиции, а их яркая колористическая гамма отличается более сложными оттенками цветов.

Оба панно являются символическим изображением развития культуры страны. Их содержание конкретизируется применительно к функциональному назначению здания. В отличие от Сикейроса Морадо, как и авторы других живописных композиций университетских зданий, раскрывает содержание своих произведений не через образы своих современников, а использует элементы символики национального фольклора. Это •обращение к традициям национального искусства является, безусловно, как уже говорилось выше, большим достижением мексиканских художников. Однако, отказ от современной тематики, отход от революционных традиций Хосе Клименте Ороско, Диего Риверы и Давида Альфаро Сикейроса, от социальной заостренности их произведений составляет известную ограниченность этих работ.